Она проговорила эту цифру спокойно, точно дело шло о пяти рублях.

Заречная глядела на Аглаю Петровну восторженными и благодарными глазами. Эта цифра изумила ее. Она словно вся засияла и порывисто воскликнула:

— Вот начало уже и есть!

— Ишь вы засияли вся, Маргарита Васильевна. Видно, очень уж дорога вам ваша мысль?..

— Еще бы!

— И сами вы, конечно, надумали ее… Или муж?

— Сама. Читала, что делают в Европе. Думаю: отчего не попробовать и у нас.

— А супруг одобряет?

— Я с ним подробно не говорила еще об этом! — ответила Маргарита Васильевна и невольно покраснела.

Аглая Петровна как будто еще ласковее взглянула на гостью после этих слов и весело сказала:

— Да и не надо путать мужчин. Бог с ними! Они и без того все захватили. Мы и без них обойдемся. Не правда ли?

— Конечно.

«А я-то думала: счастливая парочка!» — пронеслось в голове Аглаи Петровны, и она, словно подвергая экзамену свою гостью, спросила:

— А вы, Маргарита Васильевна, разве не побоитесь черной работы?..

— То есть какой?..

— А с этим домом!.. Например, заведовать им.

— Я этого только и желаю.

— Вот и отлично. Значит, и хозяйка дела будет хорошая.

— Прежде надо узнать, какая буду, а потом хвалить, — засмеялась Заречная.

— Да я ведь знаю, как вы в своем попечительстве работаете, и слышала, как вы два года тому назад на холере работали… Слышала. И как же мне нахваливал вас один господин!

— Кто это?

— Невзгодин, Василий Васильич. Ведь вы вместе на холере были?

— Да. А вы с ним знакомы?

— Этим летом в Бретани познакомились… Вместе в Сан-Мало на купанье были. Умный и интересный человек, только уж очень он представителей капитала не любит. Так громил меня, что страх. Однако не убедил меня раздать все свои богатства! — улыбнулась Аглая Петровна. — А вы знаете, ведь он женился. Я видела его жену. Студентка в Париже. Приезжала к нему на неделю.